Норма

«Норму» Винченцо Беллини уже более полутора веков признают квинтэссенцией музыкального романтизма, идеальным сочетанием личной трагедии и общественного пафоса. Выходную арию Нормы, «Casta diva», знает без преувеличения весь мир, она стала символом бельканто и итальянской оперы вообще. Ее проникновенные звуки способны пробудить дремлющие чувства и наполнить созидательной энергией даже «тюфяка» Илью Ильича Обломова!

Триумф этой оперы, восьмой из десяти, созданных Винченцо Беллини, как и многие оперные триумфы, начался с провала. Публика не оценила ни мастерство композитора, применившего в «Норме» достаточно смелые драматургические приемы, ни исполнение заглавной роли знаменитой Джудиттой Пастой. Опера без предсмертной арии героини, без многолюдного ансамбля в финале первого акта, без длинных монологов  и излишнего вокального украшательства вызвала недоумение миланской публики. Кроме того, Беллини отказался от дешевых сценических эффектов – настоящего костра и присутствия детей на сцене. Он оттачивал музыкальное совершенство: черновики хранят многочисленные варианты дуэтов Поллиона и Адальжизы, терцета и хора галлов, а финальная версия арии «Casta diva» появилась после того, как были отвергнуты предыдущие семь.

В 1831 году «Норма» счастливо соединила в себе черты набирающего силу театрального романтизма с конфликтом долга и страсти, знакомым по многочисленным классическим пьесам. Высокая трагедия зазвучала в обрамлении таинственного леса друидов с их обрядами, лунной ночью и человеческими жертвами. Лес становился не просто декорацией, а катализатором эмоций героев.

Лес станет сценической доминантой и в спектакле Дэвида Маквикара на сцене Мет. Эта постановка – всего пятая за сценическую историю «Нормы» в Метрополитен. Однако шедевр Беллини никогда не исчезал с прославленных подмостков надолго. Величие страстей преломлялось в величественных мизансценах, ясность и вместе с тем изменчивая глубина мелодии сочеталась со складками ниспадающих туник. В разные эпохи в титульной роли блистали Роза Понсель, Джоан Сазерленд, Мария Каллас.

Галлия, оккупированная римлянами, 50 г. до нашей эры. Ночью в лесу жрец Оровез вместе с другими друидами молится о мести римлянам-завоевателям. Римский проконсул Поллион признаётся своему другу Флавию, что он разлюбил Норму — верховную жрицу, дочь Оровеза, которая родила ему двоих детей. Он влюбился в молодую жрицу Адальжизу, а она — в него. Флавий предупреждает его об опасности прогневать Норму. Друиды собираются вновь, и Норма молится богине луны о мире. Недовольным и мечтающим о мести она возглашает, что сама возглавит бунт, когда для него придет время. Но пока, наедине с собой, она понимает, что ни за что не поднимет руку на Поллиона.

Лес пустеет, Адальжиза молит богов дать ей силы противиться Поллиону. Поллион находит ее в смятении и предлагает ей бежать с ним в Рим. Она соглашается отречься от своих клятв богине.

Норма рассказывает своей подруге Клотильде, что Поллиона отзывают в Рим. Она опасается, что он оставит её и их детей. Адальжиза признаётся Норме, что влюблена. Вспоминая начало собственного романа, Норма собирается освободить Адальжизу от обетов жрицы и спрашивает имя возлюбленного. Появляется Поллион, Адальжиза указывает на него. Доброта Нормы сменяется яростью. Она рассказывает Адальжизе о том, как её саму предал римский солдат. Поллион признаётся Адальжизе в любви и снова просит её уехать вместе с ним, однако она отказывается и говорит, что скорее умрёт, чем украдёт его у Нормы.

С кинжалом в руке Норма пытается убить своих спящих детей, чтобы они не жили в позоре без отца. Однако она передумывает и зовёт Адальжизу, советуя ей выйти замуж за Поллиона и забрать детей в Рим. Адальжиза отказывается: она пойдёт к Поллиону, но только для того, чтобы убедить его вернуться к Норме. Охваченная эмоциями, Норма обнимает её, и женщины забывают о вражде.

Друиды собираются у алтаря, и Оровез объявляет, что на смену Поллиону римляне присылают нового проконсула. Оровез, жаждущий сбросить римское иго, все же убеждает друидов, что для успеха восстания необходимо выждать время.

Норма ошеломлена известием, что мольбы Адальжизы не подействовали на Поллиона. В гневе она призывает народ напасть на завоевателей. Оровез требует принести жертву, в этот момент приводят Поллиона, осквернившего святилище. Оставшись наедине с ним, Норма обещает ему свободу, если он оставит Адальжизу и вернётся к ней. Он отказывается. Норма грозит убить его и детей и наказать Адальжизу. Она созывает друидов и говорит им, что виновная жрица должна умереть, а затем признаётся, что имеет в виду себя. Тронутый её благородством Поллион просит казнить и его. Норма умоляет Оровеза достойно воспитать детей и вместе с возлюбленным восходит на костёр.